|
Когда в Ялте отдыхающие узнавали А. П. Чехова, сидящего на лавочке с газетой, они останавливались и принимались в упор смотреть на него, как смотрят на слона или тигра в зоопарке. Раздосадованный писатель стал загораживаться от них, как ширмой, газетой, которую читал.  Столь же мало удовольствия подобная назойливость доставляла Пушкину. "Бесцеремонное внимание, с которым я уставился на него,- писал один человек, видевший его за несколько дней до смерти, - произвело, должно быть, на него впечатление неприятное: он словно с досадой повел плечами и отошел в сторону".
Впоследствии человек этот сам в должной мере был наказан и назойливым вниманием и бесцеремонным разглядыванием незнакомых прохожих и встречных. Этим человеком был молодой И.С. Тургенев. Не случайно классический японский этикет, щадя чувства чужеземца, предписывал отвернуться или вообще стать к нему спиной. Непосвященному такое поведение может показаться невежливым, японцы же объясняют этот обычай нежеланием оскорбить незнакомого человека назойливым взглядом. |
