|
 Обычно у тех, кто подражает, находится, в свою очередь, еще более широкий круг подражателей. "Зайдя в конфектный магазин на Кузнецком мосту, - писал поэт Батюшков, - я увидел большую толпу московских франтов в лакированных сапогах, в широких английских фраках и в очках, и без очков, и в растрепанных прическах.
Этот, конечно, англичанин, он разиня рот смотрит на восковую куклу. Нет, он русак и родился в Суздале. Ну так этот - француз, он картавит и говорит с хозяйкой о знакомом ей чревовещателе, который в прошлом году забавлял весельчаков парижских. Нет, это старый франт, который не езжал далее Макария и, промотав свое родовое имение, наживает новое картами. Ну так это немец, этот бледный, высокий мужчина, который вошел с прекрасной дамой. Ошибся! И он русский, а только молодость провел в Германии. Но, по крайней мере, жена его иностранка, она насилу говорит по-русски. Еще раз ошибся, она русская, любезный друг, родилась в приходе Неопалимой Купины и кончит жизнь свою на святой Руси". |
